lady_tiana: (Default)
Все хорошее когда-нибудь заканчивается. Увы, закончился и наш срок на турбазе. Солнечным субботним утром мы загрузили в машину чемоданы, сдали дежурной ключи от домика и покатили в сторону столицы. Поначалу погода гам вполне благоприятствовала, и мы даже искали на остановках тенистые столики, чтобы не слишком страдать от жары. Но чем ближе мы приближались к Оверни, тем мрачнее становилось небо, и тем сильнее гнулись кусты под порывами ледяного ветра. К тому моменту, когда мы дозрели до очередной дозы кофе, я сильно пожалела о том, что опрометчиво упаковала все теплые вещи в чемодан - двух минут, потребных на то, чтобы добежать от паркинга до кафе оказалось достаточно, чтобы превратиться в сосульку. А мы пойдем на север... )
lady_tiana: (Default)

В этом крошечном городке мы за время каникул побывали неоднократно. Но поскольку самая большая прогулка случилась уже после отъезда Андрея, то и рассказ я тоже решила приурочит к этому дню, собрав воедино вес фотографии. Итак, 14 сентября, Aigues Mortes.

Первое поселение в этих краях было основано римлянином Мариусом Кайюсом за 102 года до Рождества Христова. Судя по всему, название, означавшее "мертвые воды", тоже относится примерно к той эпохе и обязано своим возникновением многочисленным болотам и солончакам, окружавшим поселок. В пятом веке в этом глухом уединении обосновались бенедиктинские монахи, создавшие на римских руинах Abbaie de Psalmody. Как водится, вокруг аббатства постепенно возникла деревушка рыбаков и соледобытчиков. Лет триста спустя добрый император Шарлемань воздвиг по соседству с аббатством оборонительную башню на случай вражеских набегов, после чего об этих краях все накрепко забыли.

Последующие века были ровным счетом ничем не примечательны ровно до того момента, когда Людовик Девятый (будущий Святой) счел, что именно Эг-Морт наилучшим образом подойдет в качестве отправной точки будущих крестовых походов. То, что город некоторым образом расположен совсем не на морском побережье, владыку не смутило. Делов то - канал через солончаки прорыть, да дорогу в центр страны проложить, велика важность...

Сказано - сделано. Канал прорыли, сторожевую башню построили, и отправились в Святую Земл. воевать с неверными. Но помимо боевых задач были у короля заботы и более мирного толка. Руины шарлеманевой башни он отдал во владение бенедиктинцам, а сам занялся возведением настоящего города-крепости, окруженного мощными стенами и ощетинившегося множеством сторожевых башен. Правда, основную фортификационную работу все же провел не сам Людовик, а его преемники, ибо добрый Луи скончался во время второго из отправившихся из Эг-Морта походов (по общему счету Восьмого). Надо сказать, что в ту пору положение Эг-Морта было уникальным. Это был единственный французский порт на Средиземном море, все прочие прибрежные города принадлежали либо германскому императору, либо арагонскому королю, либо папе римскому. Плюс к этому город находился полностью под управлением монахов, а его жители обладали колоссальными налоговыми льготами и правом беспошлинной торговли солью. Позднее, в эпоху религиозных войн, ситуация заметно переменилась, а главная городская башня - Тур Констанс - еще тамплиерами была перепрофилирована в одну из самых страшных тюрем. А поскольку в городе власть менялась с незавидным постоянством. то в этой тюрьме отсидеть довелось всем - и протестантам, и добрым католикам. Дольше всех отбывала свой срок гугенотка Мари Дюран, получившая 38 лет тюрьмы за "неправильную" проповедь Благой Вести.

Много иллюстраций )
lady_tiana: (Default)
Надо сказать, что одним аббатством Lagrasse мой благоверный не ограничился. Гулять так гулять, как говорится. Поэтому следующим номером на его пути возникло аббатство Fontfroide все там же, на нарбоннщине, неподалеку от испанской границы. По свидетельству исторических документов, первая монашеская община на этих землях возникла в 1093 по по распоряжению первого виконта Нарбонна Эймерика Первого. Бенедиктинский монастырь примерно полвека влачил весьма нищенское существование. пока в 1144 году не трансформировался в цистерцианское аббатство. Буквально сразу же после этого всевозможные феодалы начали жертвовать монастырю земли по обе стороны франко-испанской границы, в результате чего возникло несколько дочерних предприятий общин, в частности, крупный каталанский монастырь Santa Maria de Poblet.

Во времена альбигойских крестовых походов аббатство прославилось несокрушимой стойкостью в защите католической веры от еретического посягательства, а в 14 веке подарило миру римского папу Бенедикта Двенадцатого. Просуществовало оно до самой французской революции, но в 1791 году было распущено с тем, чтобы уже потом не возродиться, несмотря на некоторые робкие попытки на рубеже прошлого и позапрошлого веков. Монастырские здания, кстати, очень неплохо сохранившиеся и тщательно отреставрированные, находятся сейчас в частном владении. Местное вино заслужило недурственную репутацию, а в аббатстве постоянно проходят всевозможные концерты, выставки и прочие культурные мероприятия.

В общем, всех, кому еще не наскучили древние камни и лангедокские холмы, прошу под кат )
lady_tiana: (Default)
Итак, мы остановились на том, что я в компании чужого мужа отправилась припадать к альбигойским древностям. А что оставалось делать моему брошенному благоверному? Естественно, податься в монастырь, что он и не замедлил совершить. Но уж если уходить в монастырь, так не в новодел какой-нибудь, а в солидное уважаемое аббатство с древней историей и хорошей репутацией, верно? Вот и Константиныч так подумал и отправился в аббатство святой Марии в Lagrasse, насчитывающее по меньшей мере четырнадцать веков. Ходят упорные слухи что во время оно общину эту основал сам великий Шарлемань, но это, увы, лишь легенда. На самом деле первых монахов собрал в этих краях аббат Нимфридий, очередной друг святого Бенедикта Анианского. Лет двести, как и полагалось порядочному бенедиктинскому сообществу, монастырь вел суровую трудовую жизнь и особо не роскошествовал. А потом один за другим потекли в монастырскую казну дары да пожертвования, и настолько щедрые, что их не только на насущные нужды стало хватать, но и на роскошества и излишества. В итоге к началу двенадцатого века монастырские владения протянулись до самой Сарагоссы, а в подчинении у аббатства оказались порядка сотни приходских церквей и не меньше десятка более мелких монастырей.

В более поздние века монастырь прославился и на политической арене - его аббат Бенуа (Бенедикт) д'Алиньян выступил посредником между альбигойцами и крестоносцами и уговорил защитников Каркассона сложить оружие перед королевскими войсками. На рубеже тринадцатого и четырнадцатого веков монастырь достиг пика своего могущества. Тогда же была проведена масштабная перестройка и реконструкция значительной части построек (собственно, именно эти здания мы теперь и можем наблюдать). Но все хорошее когда-нибудь кончается... Настали чумные времена, и количество монастырских насельников и жителей деревушки, прилепившейся к монастырским стенам, сократилось более чем наполовину. После этого взлеты начали перемежаться падениями, в монастырском руководстве пошли нестроения и конфликты, и продолжалась эта катавасия добрых три столетия. В середине семнадцатого века масштабная реформа бенедиктинского ордена заметно оздоровила атмосферу в монастыре, и былое процветание вернулось до самого конца восемнадцатого века, чтобы затем навечно сгинуть в пучине революции. Стараниями господ санкюлотов насельники были разогнаны, а монастырские строения лишены религиозного статуса и проданы с торгов. Девять лет назад в бОльшей части зданий вновь возродилась монашеская община. а вторая часть так до сих пор и принадлежит местному муниципалитету. Соответственно, более-менее свободно экскурсанты могут осмотреть только "муниципальную" часть зданий, а все прочее - по согласованию с общиной и строго в отведенное для этого время.

Деревушка Lagrasse существует почти столько же времени, сколько и аббатство. Совсем древние здания, естественно, до наших дней не сохранились, а вот четырнацатого века там более чем достаточно. Рынок, например, как восемьсот лет назад построили, так он и стоит в целости и почти сохранности. Ну вот, рассказ на этом закончен, дальше идут картинки. Но увы, солнце, аромат трав, вкус тающего во рту инжира, хрустальную прозрачность реки - это все вам придется воображать самим. А жаль... Много фотографий )
lady_tiana: (сего дня)
Между этими двумя фотографиями ровно полгода разницы. Ну вот да, захотелось мне чуточку поиграть и молодость вспомнить, так что не ругайтесь сильно. :))) Впрочем, кое-кто из зде пристуствующих меня помнит в те времена, когда имаж№2 был не баловством, а вполне естественным прикидом.Тыц )
lady_tiana: (сего дня)
Carcassone

Бонусом к Каркассону моя единственная фотография в тамошних декорациях (снимал Андрей).

Вот сейчас я действительно вижу, что похудела - при последней примерке эти самые бриджики свалились вниз даже без расстегивания молнии. :)) А то я даже после покупки купальника восьмого размера как-то сомневалась, и это при том, что год назад носила шестнадцатый. :)
lady_tiana: (Default)
Лет этак шестьдесят назад мой покойный папенька, не прошедши по конкурсу в ленинградскую Военно-медицинскую академию, внезапно решил пойти учиться в Торфяной институт. Чем именно привлекло его именно это учебное заведение - не ведаю, тем более, что выдержал он там всего год - два, а потом перевелся в МИТХТ, но от "торфяных" времен остался у него приятель с экзотическим именем Рэм. Правда, в послестуденческие времена их пути заметным образом разошлись. Родитель мой взялся активно двигать отечественную науку, тогда как Рэм посвятил себя делам литературным. К тому времени, когда я научилась складывать буквы в слова, я уже знала, что вооон на той полочке у нас стоят книги папиных приятелей. И если основы хроматографического анализа авторства товарища Ициксона меня совсем не интересовали, то с Рэмовыми детективами дело обстояло совсем по-другому. Добралась я до них где-то к годам десяти, и с тех пор в мою жизнь прочно вошли трескучие раскатистые слова "Монсегюр" и "Каркассон", тайны ларцов и мальтйских жезлов, волнующие воображение катарские тайны и трагические судьбы альбигойцев.

Лет через пятнадцать Каркассон вновь напомнил о себе, на сей раз благодаря песенке Тонтона Жоржа, жаловавшегося, что он никогда этого города не видел. А на канадчине, благодаря друзьям. меня настигла (эх раз, еще раз, еще много-много раз!) популярная по обе стороны океана настольная игра. Положение становилось угрожающим, и с этим надо было что-то делать. У меня уже не оставалось сомнений в том, что если я продолжу игнорировать призывы Судьбы, героическая крепость не отступит и продолжит напоминать о себе не мытьем так катанием. Одним словом, настала пора! И вот, ранним утром 11 сентября Женя высадил нас с Андреем Сергеевичем на нарбоннском перроне и укатил осматривать местные виноградники, а мы погрузились в вагон и покатили через поля и деревушки прямиком к заветной цели. Как это часто бывает с известными местами, кажется, что кроме замка/крепости/монумента и быть-то ничего не может. Ан нет! Оказалось, что прежде чем попасть в замок, надо для начала пересечь добрую часть города, тоже заслуживавшего немалого интереса. Навстречу солнцу )
lady_tiana: (Париж)
За то время, что мы плавали на кораблике по камаргским болотам, солнце поднялось и разогнало всю хмарь, так что к городку с названием Saintes-Maries-de-la-Mer мы подкатили
уже на полном солнцепеке. До чего же я люблю это простое и в то же время глубокое сочетание белоснежных и золотистых стен, перекликающихся цветом с раскаленным песком, черепичных крыш, бездонного синего неба и соперничающих с ним ставен, майолики, пряной средиземноморской зелени, одним словом всего того, что вмещается в коротенькое слово "юг"!

Первое небольшое поселение в здешних краях возникло за четыре века до рождества Христова. Во всяком случае, его упоминал автор с пышным именем Postumius Rufius Festus (qui et) Avienius. А дальше произошло вот что. Если верить легендам, в середине первого века нашего тысячелетия к здешним берегам пристал небольшой кораблик с палестинскими изгнанниками. Сколько их было, и кто конкретно приплыл, разные апокрифы сообщают по-разному. Но все они сходятся на том, что среди них были Лазарь Четверодневный с сестрами, Мария Иаковлева и Мария Зеведеева, и последовавшая за двумя Мариями египтянка Сара, помогавшая им в хозяйственных заботах. На земле Окситании путники разделились, отправившись проповедовать в разные города и деревни. А две Марии и Сара так и остались на месте высадки, обращая местное население в христианство, леча и помогая бедным. К шестому веку в городке уже существовал храм, выстроенный в их имя. К сожалению, от него до наших дней не дошло никаких следов, а современная церковь, многократно перестраивавшаяся, включает в себя фрагменты кладки 9 века.
Что интересно, святая Сара со временем стала считаться покровительницей цыган всего мира, а сам городок превратился в неофициальную цыганскую столицу. Так что там теперь круглый год нет отбоя от предложений "купи талисман" да "позолоти ручку". А уж что творится во время массовых паломничеств в дни памяти святых, это просто неописуемо. А теперь давайте пройдемся вместе по горячим от зноя улочкам, право слово, там есть, на что обратить внимание. Путем Ван Гога )

А теперь несколько бонусов для тех, кто дотерпел до конца. Бонус первый - Saintes-Maries-de-la-Mer глазами Винсента Ван Гога, неоднократно здесь бывавшего. Тыц )

Бонус второй - песня Боба Дилана One more cup of coffee, написанная в этом городе в 1975 году, когда Дилан тусовался там во время "цыганского фестиваля", проходящего в день памяти св.Сары.
http://vimeo.com/24750213
lady_tiana: (Default)

А поутру они проснулись... И оказалось, что за окном от вчерашнего пекла и солнца практически ничего нет, только низкие облака, впрочем, достаточно светлые. Но никакая пасмурность не могла помешать давно запланированному катанию на кораблике по малой Роне. Назывался кораблик Tiki III, и был он, собственно, колесным пароходиком, маленьким и уютным. А путь его лежал в самое сердце Камарга, среди протоков и лагун, песчаных отмелей и болот, уже отмеченных неяркими осенними красками.

Вниз по матушке, по Роне... )

lady_tiana: (Default)
Итак, первая неделя лангедокского отпуска завершилась, и жара тоже начала потихоньку отступать. Когда мы непроглядно темным утром поднялись, чтобы ударить автопробегом по французскому бездорожью, мне пришлось кутаться во все наличные шали, ибо зуба по собственному почину начали выбивать легкую дробь. Кстати, насчет бездорожья это была не фигура речи, а вполне конкретная дорожная обстановка. Во всяком случае, в долине Роны мы блуждали в тумане не хуже ежика, и ощущения были такие... своеобразные. Но в положенный час солнце таки вылезло, все стало вокруг голубым и зеленым, и к тому моменту, когда мы въехали в ниццские пределы, припекать начало не хуже, чем накануне. Собственно говоря, добровольно мы бы в Ниццу не поехали ни за что, но фишка легла так, что именно в тот момент на Лазурном берегу отдыхали наши родственники, с которыми мы давно не виделись, так что шанс пообщаться упускать было нельзя. Кроме того, именно в Ницце мы должны были встретить ailoyrosАндрея Сергеевича, намеревавшегося провести вместе с нами остаток отпуска.

Ну что я вам скажу за Ниццу, товарищи? Этот город - единственный за все наши поездки последнего времени - нам не понравился категорически. нет, я понимаю, что там еще со времен Федора Михайловича и Ко отдыхать круто и престижно. А толку-то? Высоченные дома - сплошной новодел времен парижских подвигов барона Османа, этакие Черемушки а-ля Франсэ, растиражированные в массовом порядке. Ну балкончики, ну завитушки... Все это смотрится как кремовые розочки на советском бисквитном торте. Разве сравнишь их с "нашими" лангедокскими клуатрами и романскими базиликами, пещерными монастырями и подземными лабиринтами? Новодел, причем весьма безвкусный и китчевый, ну его. И вот уж чего я совсем не ожидала, это того, что из себя представляет городской пляж.

Вот это, между прочим, самая что ни на есть Английская набережная, знаменитый приморский променад. Про то, что пляж галечный, я молчу... Но чтобы на нем не было ни туалетов, ни кабинок для переодевания? Это какой-то совсем уж негуманный подход, я так считаю. Узенькая полоска камней, а за ней сразу начинается тротуар и оживленная улица. И переодевайся на виду у всех как знаешь... Тыц )

На габариты мои внимания не обращаем, это я примерно шесть килограммов назад. А сомнительного вида тетенька дезабилье к нам никакого отношения не имеет.

Я бы о Ницце осталась совсем плохого мнения, если бы не два "но"... Во-первых, это великолепный парк на скале над городом, помогающий забыть о домах-комодах и прочих архитектурных излишествах. Естественная буйная зелень, панорама бухты с солнечными бликами, детский гомон, строки "Илиады", выложенные цветными камушками на дороге - это ли не счастье? А во-вторых и в-главных Ницца это все-таки город Шагала. А вот про его музей я ничего говорить не буду, ибо все слова будут пустыми и плоскими. Это просто надо видеть, и по возможности не на репродукциях, а вживую. когда каждая картина завораживает и словно затягивает в себя как в омут... Я была настолько ошеломлена этой симфонией, что напрочь забыла о фотоаппарате. Поэтому несколько картин я вам покажу, конечно, но это не мои снимки, я их взяла в сети. И вот Шагал как раз помог мне примириться с этим пафосным сумасшедшим городом... И нету ни Канн, ни Лазурного берега )

Еще у нас в Ницце случилась совершенно неожиданная ситуация. Нет, ну скажите, надо было лететь через Атлантику, потом много часов рулить вдоль Лазурного берега. чтобы, возвращаясь с пляжа, в самом центре Ниццы увидеть католикоса всех армян Гарегина Второго? Кто мог предположить, что именно в этот день он будет там служить литургию в храме, находящемся в двух шагах от гостиницы, где остановились наши родственники? Мы подоспели к паперти аккурат в тот момент, когда католикос со свитой выходил из храма после службы. Кстати, не сказать, чтобы его особо много народа сопровождало, все было очень скромно и почти по-семейному.

А потом была долгая дорога обратно на базу. И теперь я могу с чистой совестью говорить, что целых два раза была в Сен-Тропе, где снимали фильмы про неунывающего жандарма. А что, мы действительно там были... проездом туда и обратно. А что не останавливались для прогулок, так это уже частности.
lady_tiana: (Default)

Вот предположим, у вас сейчас снаружи жаркий летний день... Нет, я понимаю, с моей стороны такие заходы звучат крайне цинично, но все равно предположим. Должно же у вас воображение работать, в конце-то концов? Итак, допустим, снаружи тепло. ОЧЕНЬ тепло. Градусов так 30 в тени, никак не меньше. А вы себе гуляете по горным деревушкам, перебегая из тени в тень и всем организмом ощущая, как шипит и потрескивает шкурка, стоит вам на минутку зазеваться на солнце. И вот где-то уже "послеобеда" у вас обнаруживается возможность на некоторое время скрыться в прохладный сумрак и остудить донельзя перегретую тушку где-то глубоко в подземелье. Неужели вы этот шанс упустите? Да ни за что в жизни! Вот и мы воспользовались тем, что от Чертова моста рукой подать до места, именуемого Grotte de Clamouse, и подоспели аккурат к началу очередной подземной экскурсии.

Ну что скажешь? Красиво. Мощно. Особенно когда гаснет свет и начинается ... нет, это не шоу и не концерт... это поют причудливые колонны, по которым столетиями капля за каплей бегут подземные воды. Это ощетинившиеся тысячами иголочек сталагмиты вспыхивают яркими цветами в такт журчанию подземной реки. Одним словом, это надо видеть и слышать своими глазами, в пересказе все теряется и блекнет. Но, наверное, если бы меня попросили описать подземное царство гномов, оно бы весьма и весьма напоминало эти лабиринты и колоссальные, уходящие в толщу гор залы. Царство Горного короля )



Кстати, Жиньяк, Аниан, Чертов мост, грот, аббатство Желлона и Сен-Жан-де-Фос мы успели объехать за один день. Правда, на базу к себе вернулись уже в кромешной темноте, чтобы назавтра встать задолго до рассвета. Нам предстоял автопробег на Лазурный Берег и обратно...

lady_tiana: (Default)
И последняя деревушка, куда мы успели заехать в тот день - Saint-Jean-de-Fos. Про нее и рассказывать особо нечего. Просто деревня, сохранившаяся без особых изменений с 11 века. Одна из многих в тех краях, построенная по кольцевому принципу. Вот как жили в ней горшечники, так и живут по сю пору. И зеленую глазурь уважают так же, как их древние предки, крыша звонницы тому свидетель. А больше про них и рассказывать нечего, только бродить под закатным солнцем по булыжным переулкам, любоваться причудливыми керамическими вывесками и лепниной и наслаждаться покоем... Заглянем на минутку? )
lady_tiana: (Default)
Хотя аббатство Желлона формально было совершенно самостоятельным, на практике оно находилось в подчиненном положении по отношению к аббатству Аниан. Но сообщение между монастырями было весьма затруднено, ибо они находились на разных берегах речки Hérault, протекавшей по дну глубокого ущелья. В итоге братия решила общими усилиями построить мост и покончить со всеми трудностями. Заботы поделили по-братски. Анианские взялись поставить все стройматериалы, а желлонские - рабочую силу. Но дело загадочным образом не заладилось. Целый день почтенные монахи трудились не покладая рук, а наутро обнаруживали, что все сделанное разрушено до основания и без всяких "затем". Помучившись так несколько дней, братия заподозрила, что дело нечисто, и запросила помощи своего всегдашнего заступника Гийома. Бравый воин уже добрых лет шестьдесят пребывал в лучшем из миров, но на просьбу о помощи не откликнуться не мог. Временно вернувшись в свою пустынь, Гийом ночью потихоньку пробрался к месту стройки и засел в кустах. Некоторое время спустя мерзкий черный козел явился и начал расшвыривать камни, водруженные в течение дня. Есаул Гусар-схимник догадлив был и быстро понял, с кем имеет дело. Вступать в открытое побоище с нечистой силой ему показалось нерациональным, в итоге бороться он решил вражеским же оружием - хитростью.

Наивный глупый Люцифер не заподозрил подвоха и согласился временно удалиться со стройплощадки при условии, что ему будет принадлежать душа того, кто первым пересечет достроенный мост. Некоторые версии легенды утверждают, что ему настолько не терпелось заполучить живую душу непосредственно из рук уже почти совсем святого Гийома, что он активно включился в монтажные работы, и в итоге мост был закончен в рекордные сроки - не то в один день, не то в три. Наконец последний камень был надежно зацементирован, и враг рода человеческого радостно потирал ладошки в предвкушении платы, но не тут-то было. Хитрый Гийом отловил бродячую собаку, привязал ей к хвосту сковородку. чтобы громыхала погромче, и пустил бежать с одного берега реки на другой. Только тут Люцифер понял, как его провели, но было поздно... Обидевшись на весь белый свет, нечистый метнулся с моста головой вниз в самый глубокий омут...

А мост с тех самых пор стоит вот уже двенадцатый век подряд, и ничего с ним не делается. Справочники его упоминают в качестве одного из самых древних романских мостов во Франции. А по соседству наши современники еще несколько дублирующих мостов построили, правда, тут уже обошлись исключительно своими силами. Но мост по старой памяти так навсегда Чертовым и остался. Собственно, герой рассказа )
lady_tiana: (Default)
Многие из нас если не читали, то хоть слышали название "Песни о Роланде". Но, наверное, мало кто знает, что в ту же эпоху при том же королевском двое были и другие не менее славные рыцари, чьи подвиги также стали легендой. А их было немало... И одним из таких прославленных героев был Вильгельм (Гильом) Оранжский, правая рука Шарлеманя, прославившийся своей верностью и отчаянной храбростью. Подвиги Гильома в войнах с неверными прославлены в семи поэмах так называемого "Гильомского цикла", самых древних поэмах французского героического эпоса. Второй граф Тулузский, герцог Аквитанский, он одержал множество побед над маврами. В частности, благодаря его заслугам в 801 году от неверных была освобождена Барселона.

Однако дальнейший жизненный путь Гильома внезапно и резко переменился. Вскоре после боев за Барселону в аббатстве Сен-Савен повстречал он своего былого друга и соратника Витицу, принял под его влиянием монашеский постриг и в 804 году основал свое собственное аббатство Gellone в той же долине Herault, где располагалась обитель его друга, и двумя годами позже окончательно ушел от мира и поселился в монастыре. Правда, если верить легендам, постриг не изменил неукротимого духа старого вояки, и на новом месте жительства тот прославился побоищами с местными бандитами и засевшим на вершине горы монстром-великаном, а хатем успел между делом еще схездить повоевать против осадивших Париж сарацинов. Скончался гусар-схимник воин-монах в 812 году, оставив после себя многочисленное потомство от двух браков, причем одну из жен он в свое время вывез из похода и обратил в христианство. Двое из его сыновей стали аббатами, а одна из дочерей - монахиней. При этом сын с простым окситанским именем Эйлимбрук настоятельствовал в том самом аббатстве Желлона, которое основал его отец, и куда я хочу вас сейчас пригласить. Правда, должна сказать, что от первых построек аббатства, увы. ничего не сохранилось, а самые древние здания относятся к последней четверти 11 века. Тогда, сразу после канонизации св.Гильома в 1066 году. началась первая глобальная реконструкция аббатства. Тем не менее, некоторые реликвии времен основателя там все-таки уцелели и стали предметом сугубого поклонения пилигримов, поскольку аббатство оказалось одной из важнейших остановок на Арльской дороге, ведущей в Сантьяго де Компостелла. Очень много фотографий )
lady_tiana: (Париж)

Из Gigniac мы отправились в следующую крошечную деревушку, носящую название Aniane. Это поселение своим происхождением обязано готскому графу Витице, сыну вестготского графа Айгулфа. Рожденный ориентировочно в 750 году, Виттица посвятил свою молодость службе при дворе франкского короля Пипина Короткого, а затем и его сына Шарлеманя, по-нашему Карла Великого. Юный гот стяжал изрядную воинскую славу, в особенности в итальянском и ломбардском походах 773 года. Однако дальнейшая его судьба совершила изрядный вираж, и после трагических семейных событий двадцатичетырехлетний Витица принял монашеский постриг с именем Бенедикта в честь св. Бенедикта Нурсийского. Шесть последующих лет он вел жизнь сурового подвижника и аскета и настолько преуспел на этом поприще, что братия избрала его своим аббатом. Однако же монастырь в окрестностях Дижона показался почтенному настоятелю местом недостаточно уединенным. В итоге он вместе с частью монахов удалился в свои родные края и в пустынном краю сравнительно неподалеку от Монпелье основал новую общину. Обитель стала общежительной, а в качестве основ жизни настоятель избрал устав св.Бенедикта. Ручеек, на берегу стоял монастырь, аббат нарек Aniene или "маленький Anio" в память реки, на берегу которой расположена обитель в Монтекассино. Отсюда и возникло название Aniane, закрепившееся за поселением, возникшим у монастырских стен.

Постройка монастыря и храма Христа Спасителя завершились в 782 году. Со временем при поддержке Карла Великого аббатство начало играть все большую и большую роль в религиозной жизни юга Франции, а затем и всей страны. Собственно, именно отсюда и началось широкое распространение бенедиктинского устава, со временем вытеснившего все прочие. Да и многочисленные бенедиктинские аббатства тоже стали возникать в подражание не столько общине Монтекассино, сколько под влиянием будущего святого Бенедикта Второго или Бенедикта Анианского. Обитель просуществовала в первозданном виде почти 800 лет, но в период религиозных войн 16 века, когда в Окситании буйствовали протестанты, было полностью сметено с лица земли. В следующем веке его восстановили монахи из конгрегации св.Мавра, но им по вполне понятным причинам удалось удержаться в этих стенах только до конца 18 века. Еще полвека спустя на массивную постройку наложило лапу государство, превратив его сначала в тюрьму для взрослых, а после Второй Мировой войны в коррекционное заведение для малолетних правонарушителей, просуществовавшее до самого конца прошлого столетия.

Сейчас там тихо, безлюдно... Только древние деревья, растущие где-то на верхних террасах аббатства, роняют к подножию стены сочные медовые инжирины. Зато виноградники, заложенные еще первыми монахами, исправно приносят плоды, поддерживая высокую репутацию лангедокских вин. А с тех пор, как десять лет назад часть анианских виноградников прикупил всенародно любимый Жерар наш Депардье, цены на оставшиеся земли взлетели до заоблачных высот.

Вдоль по жарким улочкам )
lady_tiana: (Париж)
Следующий день мы решили посвятить долине Hérault, совершенно потрясающему месту, состоящему из двух десятков крошечных коммун. Правда, до наиболее известной из литературы коммуны Плассана мы так и не добрались, но за долгий жаркий день успели посмотреть все-таки немало. И начали мы с крошечной горной деревушки под названием Gignac.

Тысячу лет назад это был достаточно крупный по тем меркам городок Gigniacum, до самой Революции остававшийся резиденцией местного феодала. В нем процветали ремесла, в том числе и такие нетривиальные, как выращивание шелковичных червей для Лионских мануфактур. Но эпоха религиозных войн и революций от былой славы не оставила практически ничего. Сейчас это крохотная деревушка, насчитывающая чуть больше полусотни обитателей, и славящаяся исключительно своим рынком. а он, право слово, заслуживает внимания. Причем что меня поразило (и от этом даже сохранилась пометка в моем дорожном дневнике), практически все пейзанки, выставившие на прилавках результаты своего натурального хозяйства, были очень стильно одеты, причесаны и ухожены. Встретив в любом другом месте даму с подобным макияжем и в подобных туалетах, я в последнюю очередь бы подумала о том, что передо мной крестьянка, с утра до ночи работающая в поле или на скотном дворе.

В самой деревушке сохранилась очень любопытная церковь XII века, изрядно поновленная в XVIII-м, несколько старинных зданий и совершенно загадочная башня в центре жилого квартала. Об этой башне не сохранилось ровным счетом никаких документальных упоминаний, так что историки теперь теряются в догадках, кем, когда и для каких целей она была построена. Еще здесь есть очень необычно выполненная Via Dolorosa, состоящая из цепочки часовен, и местечко, именуемое La Jupière. Своим названием оно обязано сильным ветрам, не раз вздымавшим вверх пышные юбки местных обитательниц.Дорогой олив )
lady_tiana: (Default)
Как ни жаль было уходить из форта, но для французов обеденный перерыв - дело святое, поэтому пришлось нам переместиться к подножию холма, в катезианское аббатство, о чем мы, впрочем, нисколько не пожалели. Земли эти начали обживаться в 1342 году, когда свежеизбранный кардинал Этьен Обер, выменял территорию, принадлежавшую аббатству св.Андре, и начал там строить свой дворец-резиденцию. Десять лет спустя кардинал Обер превратился в папу Иннокентия Шестого, значительно расширил принадлежащие ему владения, и развернул мощное строительство, в результате которого возник самый крупный во Франции картезианский монастырь. В годы революции он, естественно, изрядно пострадал, но, несмотря на это, дошел до нашего времени в очень приличном состоянии. Самое главное, что в нем можно очень хорошо увидеть и прочувствовать, какую жизнь вели монахи-отшельники, придерживавшиеся куда более строгого устава, нежели бенедиктинцы и схожие с ними ордена. Однако убранство часовен и храмов было великолепным. В частности, фрески в часовне Иоанна Крестителя были созданы Маттео Джиованетти, прославившимся росписями авиньонского папского дворца.

Папа Иннокентий, горячо привязанный к своему детищу, завещал похоронить себя на территории монастыря, что и было исполнено. Саркофаг и скульптуры изготовили известнейшие архитектор и скульпторы той эпохи. Во время революции местные крестьяне весьма варварски обошлись с монастырскими строениями, многие скульптуры, фрески и богослужебная утварь погибли безвозвратно. Однако надгробию папы Иннокентия невероятно повезло. Помещение церкви, в которой оно было установлено, было передано какому-то пейзанину под амбар. А поскольку места хватало, то у сельчанина не было необходимости избавляться от скульптурной композиции, чтобы освободить пространство под фураж. Правда, с постаментом он обошелся куда более варварски, переделав его в стенной шкаф.

После разгона санкюлотов монастырь долгое время прозябал в плачевном состоянии, с ободранными стенами, побитыми окнами, с оливами, прораставшими сквозь бреши, лишившийся всех своих художественных сокровищ и великолепной библиотеки, насчитывавшей восемь с половиной тысяч томов. Первым забил тревогу посетивший эти места Проспер Мериме. Он опубликовал огромный эмоциональный очерк, призывая правительство выделить средства на реставрацию, но... потребовалось еще три четверти столетия, прежде чем в начале 20 века началась подлинная реставрация монастырских руин. И вот как они выглядят в наши дни... Очень много снимков )
lady_tiana: (Default)
А сейчас я расскажу о тех местах, которые нам понравились чрезвычайно. Причем это буквально в двух шагах от Авиньона, на противоположном берегу Роны. Как водится, к форту мы подъехали незадолго до обеденного перерыва, потому попасть в крошечное бенедиктинское аббатство, расположенное на его территории, мы, увы, не успели. Но и без него нам хватило что посмотреть.

Изначально на здешней возвышенности Andaon еще в десятом веке появились аббатство и крошечный городок во имя святого Андрея. В конце тринадцатого века Филипп Красивый решил, что ему необходим укрепленный район, демонстрирующий его превосходство как, перед лицом императора Священной Римской Империи, так и перед папами, засевшими в Авиньоне. По королевскому повелению древние постройки окружили крепостной стеной, соорудили донжоны и прочие укрепления, и назначили возникший форт символом Капетинговского могущества. Кстати, современный вид форту в конце четырнадцатого века придал архитектор Jean du Louvres, он же de Loubières, знаменитый строитель папского дворца.

Еще когда мы подкреплялись под крепостными стенами в абсолютно умиротворяющей тиши и зелени, Константиныч меланхолично огляделся по сторонам и сказал "А ведь всего каких-то триста лет назад здесь была река. Так что сидим мы на самом, что ни на есть, дне. Форт-то некогда у самой воды стоял..." Действительно, со временем русло Роны сильно изменилось, поэтому теперь все оборонительные сооружения оказались не в стратегически значимых местах, а буквально посреди чистого поля. Правда, поле уже далеко не чистое, в нем и дороги проложили, и дома понастроили...

Кстати, туристов, кроме нас, в форте было еще несколько человек, но все как-то так удачно рассредоточились, что никто никому не мешал. И вот там, в этой тишине, среди серебристых олив и древних зданий, кажущихся почти белыми на фоне синего-синего провансальского неба, совсем по-летнему раскаленных от солнца, я поняла. что это имено то место, где я бы хотела жить всегда, настолько это "мое" - и синева, и солнце, и выгоревшие от древности камни, и оливы, и какие-то незнакомые птицы, неторопливо шуршащие в ветвях деревьев... В общем, что тут говорить, это видеть нужно... Fort St.André )
lady_tiana: (Default)

Да простят меня все, кто этот город любит, но после Арля Авиньон мне показался совершенно "не моим". Мы ходили по нему довольно долго, сворачивали в закоулки, выходили на площади, но все было "не то". Город сам по себе красивый очень, но для меня слишком холодный и слишком официальный. Единственное, что меня с ним несколько примирило, это заречные виды и виноградники на папских террасах. К счастью, программа у нас была весьма обширная, так что особенно задерживаться в городе мы и не могли. Так что сейчас я коротенечко покажу, что в кадр попало, а со следующей главы начну рассказывать о том, что мне в душу запало куда сильнее... А ведь в авиньонских окрестностях есть настоящие сокровища, о которых мало кто из туристов догадывается.

Sur le pont d'Avignon )

lady_tiana: (Default)
Если вы думаете, что, выйдя из аббатства, мы направились домой, то вы очень глубоко ошибаетесь. У нас впереди еще было самое натуральное "планов громадье". Поэтому Женя подвез меня в пролому в средневековой стене Арля, выгрузил и укатил по своим птичьим делам, а я осталась в гордом одиночестве знакомиться с городом, навсегда покорившим мое сердце. Во Франции есть немало мест, которые я люблю, но Арль среди них, полагаю, навечно занял первое место...

Я брела куда глаза глядят, изредка сверяясь со сфотографированной для памяти картой с городских ворот Заходила в магазинчики, болтала с хозяйками, торгующими тканями и всевозможными тряпичными сувенирами, лакомилась сорбетом и вообще чувствовала себя не гостьей, а такой же своей, как и местные жители. Солнце потихоньку клонилось к закату, отчего древние камни стали нежно-золотыми, в боковых улочках время от времени тревожно вспархивали ласточки и стрижи...

В общем, не буду я больше пустословить. Арль прекрасен сам по себе, ему не нужен гид с указкой "посмотрите налево, посмотрите направо". Смешение эпох и стилей, античность, пробивающаяся через Средневековье и соседствующая с модерном, - все это прекрасно говорит само за себя. Имеющий глаза да увидит...

Очень много фото )

Profile

lady_tiana: (Default)
Tatiana Fedorova

January 2017

S M T W T F S
12 34567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 06:34 am
Powered by Dreamwidth Studios