lady_tiana: (Lady Tiana)

Без малого одиннадцать лет назад (Господи, как время-то летит!) я написала вот эту небольшую зарисовку.

Про кого? )

И вот в начале января, в журнале уважаемого Алексея Михайловича [livejournal.com profile] a_dedushkin увидела я фотографию и в первый момент глазам своим не поверила.



Вот она, героиня моего рассказа, Лидия Федоровна Кочурова, тетя Лида, гимназическая подруга моей бабушки Зины. Это ж страшно подумать, сколько лет назад они познакомились. Сто три? Сто четыре? А ушли обе друг за другом, в восемьдесят первом, весной. Как говорят, тетя Лида простудилась на похоронах бабушки и так и не оправилась...

P.S. Алеша, я ведь потом адрес вспомнила, все совпадает полностью, улица Полянка. дом и корпус. Я его почему запомнила-то - он  снашим беляевским перекликался.

P.P.S. Судя по "Запорожцу", снимок сделан примерно в то самое время, о котором я рассказываю.

lady_tiana: (Lady Tiana)
Нет, мне это определенно нравится... Пыталась я сегодня сестренку отвлечь от наших горестных семейных обстоятельств (кто не в курсе - у нас в Ебурге тетушка умирает, как раз у сестры на руках. Причем тема онкологии и обезболивания звучит в наихудшем отечественном варианте...).  Ну я и предложила сестрице поговорить о наших семейных тайнах и о том, что в действительности история семейства была, судя по всему, совсем не такой, как нам рассказывали.

- А что, у нас что-то не складывается? - без особого интереса поинтересовалась сестренка. - Хотя если задуматься... Эти наши вечные недомолвки, секреты, старшее поколение, изображающее партизан..  Давай действительно попробуем сопоставить факты, кто что знает, вдруг что-то вырисуется?

В итоге получилось у нас вот что.

Мы сошлись на том, что нашего общего прадеда действительно звали Иосифом. А вот с родом его занятий сразу начались непонятки. В известной мне версии прадед был чернорабочим на мясобойне в Мстиславле, а в вариенте сестрицы работал он сторожем на сахарозаводе. Обе версии сходятся на том, что перед войной у прадеда были неприятности, потому что откуда-то пошел слух, что на самом деле он был хозяином предприятия. В варианте сестры он, типа, сам про себя шутил так, ну вот и дошутился. В моем варианте эти слухи поползли сами на ровном месте. А вот что у дедов наших из-за этого были большие неприятности, я не слышала. А сестра говорит, что это на самом деле было.

Насчет прабабушки мы пришли к консенсусу, что наших дедов - близнецов она таки действительно родила в возрасте 55 лет, что по тем временам было более, чем почтенным возрастом. Имя бабушки в моем варианте Мария, в варианте сестры Майла, и я уверена, что ее версия точнее, потому что она прабабушкину могилу видела неоднократно и знает, что на ней написано. Насчет детей начинаются расхождения. В моей версии потомков у прабабушки было одиннадцать, в версии сестры семь или восемь, по крайней мере, тех, кого знали по именам. При этом у меня есть копии фотографий старших детей, уже весьма подрощенных и одетых по-буржуазному. Снимки явно дореволюционные. Возникает вопрос, каков же был образ жизни сторожа-чернорабочего, если его дети были одеты как барчуки, если их фотографировали в ателье, и если его жена сохранила фертильность до того возраста, какой и посейчас считается не детородным? Отдельной строкой стоит вопрос о том, неужели еврейская женщина в девятнадцатом веке до тридцати лет не рожала, а потом практически поставила это дело на конвейер? Ведь разница в возрасте между нашими дедами и их самым старшим братом (по крайней мере, известным нам), составляет всего 25 лет.

Насчет близнецов тоже темный лес чудес. Нет, о том, что Исак (почему-то через одно "а") и Юра (Иуда) близнецы, об этом знало все семейство. С учетом возраста их матери на тот момент, логично предположить, что Изя родился первым из двоих. При этом сестрица (внучка Изи) говорит, что ее дед родился в 1908 году, а у меня на руках есть копии документов моего деда Юры, где годом рождения значится 1907-й.

Что заставило всю мишпуху в одночасье сорваться из Мстиславля (а был ли это действительно Мстиславль?) и откочевать в Бахмут (будущий Артемовск) аккурат в ту пору, когда там происходило великое переселение народов в связи с развитием Донбасса? При этом никто из нашего клана на шахты работать не пошел, что характерно. Что за загадочная астма заставила Юру за полтора года до войны оставить жену с двумя маленькими детьми и перебраться в места с более сухим и жарким климатом? При этом после войны ни о какой астме у него никто больше не вспоминал. Почему в 41-м году Исака отправили на Урал переводить с Донбасса завод и налаживать военное производство, и он как истинный вожак прайда забрал туда не только жену с детьми, но и всех сестер и невесток с детьми, а юрина жена при этом эвакуировалась в совсем другую сторону, и в итоге семья впервые оказалась расколота? И после войны вся родня так и осталась жить в Свердловске с Челябинском, а мои оказались в Подмосковье. При этом, как сказала сестрица, жили, особенно поначалу, все в бараках да по деревням, но всем детям еще в войну образование и воспитание давали по высочайшим стандартам, каковых в люмпенской семье просто не могло быть.

И откуда у свердловских родичей были серебряные дореволюционные щипцы для сахара, которые хранились как святыня, и которые не продали даже в самый военный голод? Тайное послание от предков? Память о подлинных корнях? И куда делась красавица с дореволюционной карточки, сидящая рядом с щеголем явно не из бедных, причем рукой Юры надписано "сестра Геня и Израиль". А что за Геня - даже тетушки наши не знали. В общем, вопросы, вопросы, вопросы... И спросить толком некого - у моей тетушки явно буйствует деменция, у сестрицы тетушка, с которой она прожила всю жизнь, умирает, причем очень тяжело... А последняя оставшаяся в здравии тетя родилась сильно после войны и сама не особо чего знает...

В общем, сестрица загорелась желанием рыть архивы, благо, ее профессия тому вполне способствует. А меня гложут изрядные сомнения. Если родовым гнездом таки был Мстиславль, то что там после войны от архивов осталось? Но сдается мне, что рыть надо где-то в другом месте. Я ж пыталась пробить известные мне имена по еврейским базам данных, и там ничего не вышло. Точнее, результат был, но я от него отказалась, потому что совпадало все - имена, отчества, фамилии, возраст... а вот регион был другой. И что-то меня сегодня торкнуло, что если следы тщательно заметались и прадед таки был из бывших, то и город должен был быть фальсифицирован. Иначе обман слишком быстро можно было бы вычислить.

Да, когда моя тетушка еще была в полностью ясной памяти, она про деда Иосифа рассказывала. Говорит, большой набожности был человек, с утра до ночи молился у окна, и, вроде, был большим знатоком Торы. Насколько это монтируется с ролью малообразованного люмпена - не вем.  А на фотографии близнецы (Юра в черном, Исак в светлом), на рубеже пятидесятых и шестидесятых годов. Это значит, что им тут лет по 55 максимум...


P.S. Чуток погодя я вот еще что сообразила. В семье готовили очень много еврейских и украинских блюд, но ни одного белорусского. При этом синенькие шли в ход просто тоннами, равно как и перец с помидорами. А мне очень сложно представить, что двадцать лет жизни на территории Украины внесли в семейный уклад вклада больше, чем сто или более лет якобы в Беларуси. А вот если сложить вместе южно-украинскую кухню с сахарным заводиком (а где у нас, спрашивается, до революции сахарная свекла произрастала?), то картина получается отнюдь не противоречивая.

И откуда в условиях транспортного бедлама двадцатых годов проще полным составом перевезти в Донбасс семью из нескольких десятков человек, откуда-нибудь из соседнего Мариуполя или издалека с севера? А вот указать местом исхода максимально удаленную географическую точку, это весьма разумное решение. Так что, подозреваю, если и пытаться что-то про родичей искать, то обращаться надо в совсем другие архивы, а не на могилевщину.
lady_tiana: (Lady Tiana)
Ой, что я в архивах нашла! Эвакуационная карточка моей бабушки, когда их отправили в Узбекистан. У меня есть ее ксерокопия, а оригинал, оказывается. хранится в Яд-Вашеме. Там, правда, две ошибки - год рождения перепутан, она в 1909 родилась. И почему-то не фигурирует в списке детей мой отец, который точно вместе со всеми в Узбекистане был, он мне об этом рассказывал.



Фотография кликабельна.
lady_tiana: (Lady Tiana)

Бабуля моя любимая Галина Константиновна всю жизнь проработала преподавателем стенографии и машинописи на курсах, располагавшихся прямо напротив нынешней гостиницы "Балчуг-Кемпински". К слову, после войны эта гостиница служила общежитием для семей фронтовиков, и мама рассказывала, как ходила туда в гости к однокласснице и лучшей подруге. Этажи были разгорожены на крошечные клетушки натянутыми веревками, с которых вместо стен и ширм свисали одеяла и прочее тряпье. Папа одноклассницы закончил войну инженер-полковником и орденоносцем, но коммунальные сложности касались всех. Так что года полтора-два, а то и больше, "Балчуг" представлял из себя нечто среднее между походным бивуаком, детским садом и большим сумасшедгим домом. Как в подобных условиях жилось, я могу только представлять. Но не хочу. Матушка говорила, что это было просто феерическое зрелище, когда мама одноклассницы, в трофейных шелках и золоте, готовила на керосинке какую-то снедь, а вокург бушевал нескончаемый коммунальный скандал.

Да, так начала я про бабушку Галю. На курсы свои она попала еще задолго до войны, и так там на всю жизнь и прикипела. Коллектив был вполне характерный, сплошь одинокие женщины со сложными судьбами, и каждый год новые толпы студенток, которых бабушка называла "мои девчонки" и любила со всем своим неутоленным материнским инстинктом, пробивавшимся как трава сквозь асфальт через всю ее напускную суровость. В те времена, когда курсы только создавались, Ундервуды были вполне передовой техникой, и они честно служили десятилетие за десятилетием, иной раз слегка застревая и теряя литеры. Тогда призывался мастер-золотые-руки, вечно чуть-чуть под шофе, и с помошью паяльника и ласкового слова возвращал машинки в строй. А потом настали совсем другие времена, курсы получили партию новеньких современных машинок, и почтенных стариков отправили в утиль. И вот парочку таких окончательно списанных машин моей бабушке разрешили забрать домой.

По странной прихоти механиков англоязычный Ундервуд был оснащен русскими буквами, а вот на русском, напротив, литеры стояли латинские. Чтобы перевести строчку, нужно было дергать за латунный рычажок, и тогда машинка издавала резкое трыканье и прокручивала валик. А еще у нее был звонок, очень нежный и мелодичный, вон слева его чашечка виднеется. Дома машинки чинил уже мой папа, с паяльником обращавшийся неплохо. Но то ли потому, что он занимался ремонтом на трезвую голову. то ли потому, что в механических работах терпение не являлось его главной добродетелью, некоторые буквы в итоге слегка выбивались из общей строки и возвышались над товарками. Но в докомпьютерные времена к таким мелочам никто особо не придирался. Сколько ж на этих машинках было всего напечатано - все три отцовы диссертации (две защищенные и одна отклоненная ВАКом из-за изменившихся требований), куча научных статей, и диплом мой университетский, кстати, тоже. Именно тогда я, кстати, и научилась быстро печатать почти вслепую. Помнится, англоязычную часть списка литературы я ваяла как раз перед Днем Победы, глядя одним глазом в телевизор, где показывали "Сердца четрыех". Родители как раз ушли на день рождения к той самой однокласснице "из Балчуга", а по возвращении обнаружили у меня такую бездну опечаток. что все пришлось начинать сначала.

Четыре месяца спустя я вышла на свою первую и единственную отечественную работу, впервые увидела в глаза компьютер, и очень долго училась по клавишам стучать аккуратно. Потому что после чугунного Ундервуда удар у меня был такой, что каждая буква на экране вылетала на полторы строки. Шла осень восемьдесят седьмого года... А Ундервуды наши перед эмиграцией остались то ли в арбатской комиссионке, то ли на Измайловской барахолке, как и все прочее, что мы ни под каким соусом не могли увезти с собой.

А эту машинку Женя сфотографировал в прошлом месяце в Акадийской деревне в Луизиане, когда путешествовал на машине из Флориды в Майами...
lady_tiana: (Default)

Вот не отпускает меня тема семьи, истории, и того, как тесно все в жизни переплетается... Правда, на сей раз речь пойдет не о моей родне, а о семье Жени, моего мужа.

Один добрый человек прислал мне сегодня в письме картину, котрую до сих пор никто из нас не видел. У автора писльма была своя версия того, кто на ней изображен, но он чуточку промахнулся, всего на одно поколение. А вот нам опознать человека с картины не составило труда. Знакомьтесь, Дмитрий Петрович Семенов-Тян-Шанский, сын и правая рука известного путешественника Петра Петровича.

i-grotsch-4d


Дмитрий родился в 1852 году. Он активно помогал отцу в организации переписи населения, был председателем Андреевского благотворительного общества, председателем отдела статистики Русского географического общества. А еще он был многодетным отцом. Про некоторых из его детей я уже писала раньше, но, чтобы не отсылать никого в разные места интернета, соберу все рассказы здесь.

Итак,

Рафаил )

Леонид )

Михаил - участник Первой мировой войны, доктор географических наук, писатель, умер в блокаду.

Вера - мемуаристка, художница. Единственная из внуков П.П., кто дожил почти до перестройки.

Ариадна )

Дмитрий - морской офицер, белоэмигрант, умер в Париже.

Александр - епископ РПЦЗ, автор небезызвестного Катехизиса.

Дмитрий Петрович скончался 1 ноября 1917 года. Незадолго перед тем состоялись бандитские покушения на его сыновей Рафаила и Леонида.   5 декабря бандитами были зверски убит двоюродный брат Петра Петровича П.М.Семенов и его глухонемая жена.



13 декабря на глазах у невесты зверски растерзан Леонид Семенов. В феврале 1918-го была расстреляна автор портрета Наталья Яковлевна Грот. Она приходилась Дмитрию Петровичу двоюродной сестрой, поскольку мать Н.Я. Наталия Петровна Семенова, жена Якова Карловича Грота, приходилась Петру Петровичу сестрой.

Н.Я.Грот )

lady_tiana: (Default)
Очень нужна помощь с немецким языком, а у меня полный нихт ферштейн. Тут на германском аукционе всплыл неизвестный доселе портрет мужниного двоюродного прадеда работы двоюродной же прабабки, но по другой линии. Судя по тому, что удалось разобрать из описания, там какая-то полная ерунда значится. а мы личность опознали влет. Собственно, вопросов два:

- что там вообще написано про лот за номером 895 (http://www.zeller.de/index.php?id=921&backPID=921&search_pid=921&begin_at=850&PHPSESSID=274d198032b5d9f8c9b4d3411d9072fc)

- и не стоит ли связаться с нынешним владельцем картины и предложить ему исправить описание. Потому как если да, то рыбу-то я сочинить могу, а как это потом перевести и кому и как переслать - понятия не имею.

Спасити-памагити, короче! А про картину ща напишу, там интересный расклад получился. :)
lady_tiana: (Default)
Я вам вчера про моих бабушек и театр рассказывала. А хотите, я вас сейчас приглашу в нашу замоскворецкую квартиру, чтобы вы чуточку увидели и услышали то, что меня окружало с рождения? Я сегодня совершенно случайно нашла в сети эти снимки и записи и ушла в глухую ностальгию. Семья наша, помимо всего прочего, была очень музыкальной. Главное место в квартире занимало старинное фортепьяно с бронзовыми подсвечниками и клавишами из слоновой кости. Прадед в свое время собрал прекрасную колекцию нот и переплел ее в сафьян. Именно по этим сборникам я втихаря от взрослых училась играть "Амурские волны" и безуспешно пыталась разобрать "Херувимскую песнь" Бортнянского.

А еще в доме были музыкальные шкатулки и ларцы. Правда, мне в руки давали только деревянное пасхальное яйцо, которое можно было заводить ключиком, и оно иградо простенькю мелодию. А вот у взрослых "игрушки" были поинтереснее. Во-первых, был небольшой ящичек янтарного цвета. Под крышкой прятался валик. Чтобы привести его в действие, андо было до упора накрутить пружину при помоши ключа, закрепленного в донышке. Валик вращался, тоненькие иголочки цепляли два ряда пластинок, и при помощи специального шпенька можно было либо прослушать семь мелодий подряд, либо зафиксировать на повтор только одну из них. Шесть первых я благополучно забыла. А вот седьмая запомнилась, очевидно, благодаря неожиданности и парадоксальности... Согласитесь, в Российской Империи иметь прибор, воспроизводящий "Марсельезу", это было... ммм... оригинально.

Следующий по размерам ящик напоминал уже небольшой чемодан. Крышка у него была застекленная, пружина заводилась закрепленной сбоку ручкой, которую надо было качать вперед-назад, а по обеим сторонам пластин крепились ряды колокольчиков. Играла эта шкатулка уже 14 пьес, и именно ее я представляла, когда читала сказку про Мальчика-Колокольчика.

Но венцом коллекции был, несомненно, Полифон. Это был уже большой резной ларь, работавший по схожему принципу. Сбоку ручка, котрой надо было заводить пружину. На нижнем ярусе, под валом, многочисленные колокола разного размера. Но вот сама музыка уже не была запрограммирована на валу. Нет, чтобы послушать какое-то произведение, надо было сначала закрепить на оси почти шестидесятисантиметровый металлический диск, работавший по принципу перфокарты. С верхней стороны в нем были пробиты маленькие отверстия, а с нижней выдавленный металл образовывал выступы, цеплявшие иголки вала. И таких дисков у нас было, ни много, ни мало, 150 (!) штук.  На фотографиях ниже точная копия нашего Полифона, даже картинка на крышке точно та же самая. Выпущен он был между 1890 и 1905 годами.

5051286_1 14895644_1_l
Еще 2 фотографии )


Здесь снят Полифон другой модели, поменьше и попроще, но звук в точности тот же самый, и все эти произведения (чуть не написала "записи") у нас тоже были.
Записи с колокольчиками )

В последней записи использован совсем другой аппарат, но сама "оцифровка" Кармен именно та, из моего детства. А вот чего я так и не нашла, это "полифонической" записи "Полонеза Огинского". А жаль, в нашем семействе это была самая популярная пластинка.
lady_tiana: (Default)
Снег, зима, огоньки... И меня потянуло на театральные воспоминания.  Я сейчас очень жалею, что с бабушкой Зинаидой Константиновной смогла пообщаться только до моих двенадцати лет. Потому что потом у нее случился инсульт, и последние четыре года расспрашивать е ео чем-то было невозможно. А до двенадцати меня больше интересовало, как научиться у бабушки всяким рукоделиям, чем выяснить подробности ее бурной биографии. А подробности, судя по всему, были весьма примечательными. Хотя совершенно не факт, что она бы стала ими со мной делиться, поскольку была человеком очень закрытым и со времен сталинских репрессий держала все, что знала, в себе. Поэтому до меня дошли только обрывочные факты, которые я пытаюсь собрать воедино, насколько это получается.

Вообще, в нашей семье главным средоточением всей жизни был театр. И хотя прадед прабабушкину карьеру загубил на взлете, не дав ей полноценно войти в когорту будущих великих старух Малого театра, женская часть семейства стала заядлыми театралками на много поколений вперед. Можно было десять раз перелицовывать одно и то же платье, штопать перчатки, экономить на еде... Но нельзя было пропустить ни одной театральной новинки сезона, даже если сидеть приходилось на галерке. Хотя это все-таки была редкость. Дамы бережно хранили и передавали друг другу театральные сумочки, бинокли и туфельки. Сидеть полагалось в строго определенной ложе бенуара, и все в таком духе.

Естественно, меня стали приобщать к искусству при первой же возможности, так что я еще успела застать театр Образцова в его старом помещении на Маякове, и с тех пор окончательно и бесповоротно заболела куклами, тем более, что там работала одна из самых любимых моих "теть", бабушкина гимназическая одноклассница Валентина Казимировна. И занималась она как раз изготовлением кукол. Благодаря ей, я за считанные годы пересмотрела там практически весь репертуар, а музей Игрушки стал для меня фактически родным домом.

Лет в десять настала очередь Большого театра. Точнее, его филиала на сцене КДС, потому что в сам большой попасть было неимоверно трудно. Следуя классическим традициям, мои дамы повели меня впервые на "Лебединое озеро", при этом бабушка Зина специально для театра сшила мне выходной наряд, по нынешним меркам весьма оргигнальный. А тогда это был нормальный способ выхода из затруднительного положения. Наряд состоял из темно-синих юбки и жакетика-болеро. И к нему прилагалась блузка-манишка. То есть, полочки там были вполне себе крепдешиновые с защипами, нежно-лососевого цвета. И воротничок тоже изящный был. Рукавов не полагалось вовсе. А спинка была сшита чуть ли не из старой наволочки, и стягивалась хлястиком. Главное - жакет не снимать, и тогда никому в голову не придет, что блузка неполноценная.

Балет мне очень даже понравился, но мои спутницы по этому поводу придерживались иного мнения. Они на дух не принимали хореографию Григоровича, укороченные пачки, поставленные на пуанты танцы, в частности, лебедей, короче, все было не так. И злого гения совершенно напрасно переименовали, кому мешало, что его изначально звали Фон Ротбар? На волне этих настроений дамы мои категорически проигнорировали "Кармен-сюиту" с Плисецкой, и вообще предпочитали смотреть только те произведения, которые не были отмечены печатью Григоровича. Так что когда меня несколько лет спустя занесло на галерку "Большого", где в новогодние дни давали балет "Ангара", все комментарии я предпочла оставить при себе, чтобы не травмировтаь старушек.

При этом в семье была отдельная большая священная любовь - МХАТ. Все его спектакли мои старушки знали наизусть, так что "Синюю птицу" я в первый раз посмотрела еще в начальной школе, а "Дни Турбиных" в 10 лет. Это был 1975 год, мои ровесники имени Булгакова не слышали вообще, а я уже навечно заболела этим миром. Причем поначалу он для меня существовал сам по себе, только немного удивляло, почему бабушки все время возвращаются к постановке 1926 года. Потом до меня потихоньку стало доходить, что Яншин, Грибов, Хмелев, Прудкин, Массальский для бабушки Зины не просто имена, это люди из ее прошлого. Краем уха я тогда уловила, что она с ними когда-то давно занимались в какой-то студии, но по малолетству не придала этому значения. Но Гугль всемогущий знает все...

В общем, я со своей семейкой ко многим сюрпризам была готова. Но то, что бабуля была во Второй Студии МХТ, меня... кхм... несколько удивило, честно скажу. И уже никто и никогда не объяснит мне, что заставило ее оставить актерскую стезю и переквалифицироваться в бухгалтеры. Подозреваю, что все-таки не дед. Зина замуж вышла поздно, уже в середине тридцатых. И ее благоверный - мой дед - отличался широтой и оригинальностью нравов. Во всяком случае, мне сложно представить, чтобы человек, много лет проработавший тапером в московских синематографах, воспретил жене выступать со сцены.

MHT

Та самая классическая пстановка "Турбиных" 1926 года с Яншиным, Хмелевым и Прудкиным. Их игра для моих бабушек всегда была эталоном совершенства. А ходить на "Турбиных" полагалось каждый год зимой, когда снег, елка, огоньки и кремовые шторы...
lady_tiana: (Default)
Мне тут мой любимый массажист подкинул небольшую работу - попросил обметать оверлоком новые простыни, которыми он застилает массажный стол. У него вообще с гигиеной все строго, перед каждым клиентом простыни непременно меняются, и пользуется он исключительно мягкими и уютными тканями, обязательно однотонными, приятных насыщенных цветов. И вот сейчас как раз он закупил новую партию фланели, раскроил ее под нужный размер, и попросил меня срезы обработать.

Заглянула я в пакет, и случился у меня натуральный флэшбек, живо напомнивший времена падения приснопамятного СССР. Дело в том, что довелось нам с Евгением Константинычем начать размножаться в весьма любопытный исторический момент. Так сложилось, что я даже точно знаю день, когда у нас получился младенец Димитрий, было это 1 октября 1990 года. Кто в ту пору прекрасную был в сознательном возрасте, наверное, никогда не забудет стерильность магазинных полок и блистательное отстутствие любых товаров детского ассортимента. Старшее поколение незлым тихим словом помянуло нашу непрактичность и отстутствие разумного планирования, и включилось в марафон по добыванию детского приданного. Общими стараниями к марту 91-го антресоль здоровенного платяного шкафа была забита связками ползунков и колготок, коробками с обувь всех размеров примерно до первого класса школы, пижамами на трехлетку, распашонками и кофточками шести размеров. Был даже роскошный гипюровый "уголок", чтобы красиво заворачивать младенца в одеяло при уличных прогулках.

Короче, было все, кроме главного - пеленки отсутствовали как класс. В магазине их найти  было труднее, чем красную икру. Остался один выход - попытаться купить ткань и нарезать самим. С тканью дело обстояло чуть-чуть лучше. Но только чуть-чуть. И вот одним холодным весенним утром по дороге не работу вздумали мы с ненаглядным выйти из метро на станции "Дзержинская" и подойти к открытию в центральный "Детский мир", а вдруг повезет? И о удача! На ступеньках черного хода виднелся хвост весьма возбужденной очереди. Путем несложных расспросов удалось выяснить - "дают" фданель и ситец, причем чуть ли не по десять метров в одни руки. Решение было однозначное - брать! Оценив масштаб очереди, тянувшейся извивами до четвертого этажа, мы поняли, что родное производство, видимо, сегодня обойдется без нас. Начальство, к счастью, отличалось пониманием, так что договориться с ним по телефону большого труда не составило. И мы принялись ждать.

Сколько времени очередь шла, этого я уже за давностью срока не скажу. Пузатеньких нас там было не мегьше половины, так что всем было одинаково "весело". Наконец, ближе к обеденному перерыву, мы добрались до прилавка. Фланель нам досталась весьма симпатичная, а вот с ситцем на легкие пеленки случился облом - все светлое давно разошлось, и единственное, что нам могли предложить, это насыщенный голубой хлопок. Трезво оценив свою способность еще раз отстоять такую же очередь со столь же непредсказуемым результатом, мы решили брать, что дают. Дома добытый с таким трудом материла был заботливо постиран (каждая ткань отдельно) и нарезан на прямоугольники. Дальше я каждый из них наметала по краям, а мой драгоценый собственноручно прострочил все на ножной подольской швейной машинке, потому как мы с пузом в эту деревянную коробочку уже не вписывались.

Одним словом, к торжественной выписке из роддома все оказалось готово. Причем настолько готово, что я до самой отправки в роддом в последний день стояла перед гладильной доской, отпаривая распашонки и чепчики и все раскладывая по пакетам с записками, что зля выписки, а что на потом. А неделю спустя мы вернулись домой с активно писающим младенцем. И о памперсах в еще не совсем рухнувшем СССР никто слыхом не слыхал, так что пеленки с марлевыми подгузниками пошли в ход со страшной скоростью. К вечеру стиральная машинка была доверху заполнена мокрыми тряпочками, причем отсырело все, включая новенькие простынки и распашонки. Новоиспеченный папа, обладавший недюжинным опытом прачки, мужественно взял процесс стирки на себя. Детское мыло было натерто на крупной терке и засыпано в барабан "Эврики". Теплая вода залита ровно до требующегося уровня. Все режимы полоскания тоже были скрупулезно соблюдены. Когда наконец машинка закончила козлиные скачки по кухонному линолиуму, Константиныч отшелкнул застежку барабана и метко охарактеризовал увиденное емким неопределенным артиклем из трех букв...

... Все свежепостиранное детское бельишко отличалось ровной голубой окраской, через которую в отдельных случаях можно было смутрно разглядеть исходный рисунок. Кто ж мог предположить, что зловредные пеленки покрашены настолько нестойкой краской, что они будут линять при каждой стирке? Зато с того момента у окружающих не было вопроса, мальчик у нас или девочка, цвет бельишка давал абсолютно однозначный ответ на этот вопрос.

И вот, двадцать три года спустя, ко мне вновь вернулись голубые простынки Того Самого цвета...

А на вопрос, хочу ли я Back in the USSR у меня ответ один -  Never ever! Наигрались досыта, спасибо.

22

Mar. 9th, 2013 08:47 am
lady_tiana: (Париж)


И играли нам тогда Yesterday, а не какого-нибудь Мендельсона. :))
lady_tiana: (Париж)
95 лет со дня убийства Леонида Дмитриевича Семенова, поэта Серебряного века.


Рассказ о Леониде Дмитриевиче.

Собрание стихотворений Л.Д.Семенова.

Песня на его стихи.

"Прямо, как он побывает, стыдно за свою жизнь. Не рассуждает, а делает", -- сказал после одного из визитов Семенова Лев Толстой и заплакал.

 Письмо Толстого Семенову, кстати, весьма любопытное.

Наиболее полное на сегодняшний день собрание прозы и стихов Л.Д.Семенова. 
lady_tiana: (Default)
Одно и то же место с разницей во времени примерно в 70 лет.



Фотография сделана между 1944 и 1946 годами. Моя бабушка Галя (справа) вместе с сотрудницами стоят лицом к курсам стенографии и машинописи, на которых они все преподавали. Как выглядит здание за их спиной сегодня можно посмотреть под катом. Фотографию бессовестно позаимствовала у племянницы roula . А трамвай третьего маршрута в те годы ходил именно там, это я по архивным данным проверила. Тыц! )
lady_tiana: (sad)


1849 - 5 декабря 1917 года

Двоюродный прапрадед мужа, зверски убит вместе с глухонемой женой "революционными" бандитами. Первая, и, увы, далеко не последняя жертва в семье.

"Революция принесла Семеновым-Тян-Шанским смерти, глубокие потрясения и жестокие разочарования. Они не могли примириться с тем, что к их семье, жившей среди народа, бравшей на себя заботу о тех крестьянах, которые входили в ближайшее окружение, работавшей ради отмены крепостного права, широко помогавшей крестьянам в голодные годы, народ относился воинствующе враждебно. Все происходившее называли безумием.
После февраля из тюрем были выпущены не только политические заключенные, но и уголовники. С фронтов тянулись дезертиры. Старший брат Рафаил рассказал Леониду о растущем влиянии большевиков. На юге Рязанской губернии возникла банда матерого каторжника Владимира Чванкина. 29 сентября 1917 г. в петроградской эсеровской газете "Земля и воля" в рубрике "Деревенская жизнь" появилась анонимная статья о ее бесчинствах под заглавием "Хулиганство". Шайка Чванкина без всяких оснований решила, что это дело Рафаила и Леонида Семеновых. В действительности автором был Н. М. Соколов, член Петроградского совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. Братьев схватили, избили, заставили сколачивать себе гробы; случайно им удалось на этот раз избежать гибели (год спустя Рафаил умер от голода). Младший брат Рафаила и Леонида Александр (будущий епископ) писал в поэме "Венок просветленным" (семейный архив):

Отец сказал: "Не может быть!
Не мы ли нашему народу
Служили честно, и любить
Так не умел никто свободу!
Освобождением крестьян
Не наше ль имя освятилось?
А внука бросили в бурьян,
Забыты жертвы, все забылось!"

Вскоре, 19 октября около 9 часов вечера, произошло покушение на Рафаила, который жил в Гремячке. Лучше всего привести отрывок из его письма к дяде Андрею Петровичу от 30 октября. "Пришлось и мне кровью пострадать и, к сожалению и к глубокой моей патриотической скорби и боли, не на честном поле брани с внешним врагом, а от предательской пули российского гражданина -- выстрелившего в меня через освещенное окно в то время, как я, вернувшись из поездки, готовился ужинать у семейного очага. Пуля из револьвера Нагана вошла несколько ниже левой скуловой кости (угла ее за глазом), пронизала скуловую кость и вышла наружу в нижней части правой височной и застряла в дверном косяке внутренней стаи.
Обстоятельность анатомических подробностей напоминает о том, что один естественник пишет другому.
Меньше чем через месяц в расположенном неподалеку имении, славившемся на всю губернию замечательным садом, -- прямо чеховская подробность... -- при душераздирающих обстоятельствах был убит вместе со своей глухонемой женой старик П. М. Семенов -- двоюродный брат П. П. Семенова-Тян-Шанского. Помещики в своих дворянских гнездах, при своих вишневых садах оказались беспомощными, беззащитными жертвами сладострастной жестокости подонков. Приходится сказать, что расправы производились при попустительстве и одобрении крестьян Гремячки и соседних деревень."


(По книге В.С,Баевского "Жизнестроитель и поэт (о Леониде Семенове)")
lady_tiana: (Default)

Что-то меня под влиянием Александра Моисеевича тоже потянуло на старые семейные фотографии. Тем более, что я давно обещала выложить здесь фотографии папиных предков, так что наконец выполняю обещанное. Поскольку снимков довольно много, и они крупные, я их убираю под кат.



Итак, Иосиф, Мария и их дети... )



Старшее поколение в семье идиш знало хотя бы немного, это я точно помню. Хотя тетушка и утверждает, что после войны им в семье практически не пользовались, но я хорошо помню, как на химкинской кухне баба Софа что-то обсуждала со своей старшей сестрой Розой на непонятном, похожем на немецкий, языке, стараясь, чтобы мы с сестрицей не поняли, о чем речь идет. А вот интересно, в младшем поколении хоть кто-то из нас мамелошен (точнее уже бабелошен, по выражению Севелы) знает или нет?

lady_tiana: (Default)


Вот таким дед начал войну. Два кубика в петлицах - младший политрук. Прослужил он с первого до последнего дня в подмосковной деревне Уваровка, в той самой, куда пол-университета потом на картошку гоняли, защищал Москву от авиа-налетов. Много снимков и текста )

А эту запись я просто очень люблю.

lady_tiana: (свеча2)
Из семейного архива.

Леонид Дмитриевич Семенов.

Поэт Серебряного века, философ. Зверски замучен в декабре 1917-го. Рассказ о Л.Д.Семенове Тян-Шанском.

Наталия Яковлевна Погожева-Грот. Расстреляна в 1918 году. Рассказ о Н.Я.Грот.

Евгений Николаевич Погожев (Поселянин). Расстрелян в 1931 году. Жизнеописание Е.Н.Погожева.

Павел Яковлевич Миттул. Скончался в 1942 году в Норильсклаге. Рассказ о П.Я. Миттуле.

Кто хочет присоединиться к дню памяти, зажгите вечером свечу, и, если сможете, поставьте ее на подоконник. Светлая память всем жертвам!
lady_tiana: (Default)
 Сегодня, 4 августа, день гибели в Гулаге Пауля (Павля Яковлевича) Миттулиса, Жениного двоюродного деда.



Я в мае о нем вот здесь рассказывала.
This entry was originally posted at http://simply-tatiana.dreamwidth.org.
lady_tiana: (sad)
 Семьдесят лет назад, в этот самый день на площади Белорусского вокзала, под первыми упавшими на Москву бомбами, погиб мой дед, Петр Самойлович... Петя, как его звали все в семье...

Если быть совсем уж точной, Петя был моим дважды двоюродным дедом. Да, вот так бывает - он был младшим братом моего родного деда Саши и женихом бабушкиной младшей сестры Гали. Сейчас уже никто никогда не узнает, что за отношения были между Петей и Галей, да и неважно это. У меня хранится стопочка ветхих пожелтевших листков, исписанных каллиграфическим Петиным почерком. В этих листках все - и стихи, и письма, полные любви, и самодельное свидетельство, сочиненое им и именующее Галинку его женой. Но пожениться официально они так и не успели. А может, и не смогли бы никогда - обе семьи были верующими, а по церковным правилам браки такой степени родства запрещены. Впрочем, какое теперь это все имеет значение после того дня?

Маленький гимназистик, провожавший брата на Великую Войну, успел в своей жизни очень мало. Он просто был сыном, братом, дядей. И влюбленным, бесконечно боготворившим свою ненаглядную подругу. Все Петины стихи - о ней, переменчивой и одновременно строгой Галочке. Все, кроме одного, самого последнего. Половинка пергаментной странички, в уголке дата 18 декабря 1940 года. 14 строк. Сонет. Я забрала его в Боткинской больнице вместе с остальными Петиными письмами 16 лет назад, в марте, когда не стало бабушки Гали. Она так навсегда и осталась одна. "Не нашла никого, кто был бы хоть немного на Петьку похож".

Надпись на могилу П.С.Розанова

Смешной и странный человек!
Господь, прими его дыханье,
И при последнем издыханьи
Смеялся он, как весь свой век.

Над всем, всегда смеялся он,
Так прежде чем цветы увянут,
Да будет смехом и помянут
И позабыт как легкий сон.

Господь, Тебе и карты в руки,
Ты только знаешь что - куда.
Ему за тихий нрав, терпенье
Дай лишь чуть-чуть успокоенье.

Но со святыми не покой.
Дай просто отдых и покой.
lady_tiana: (sad)
 Вот вечно все одно за одно цепляется... Лазила по своим журнальным архивам в поисках совсем другой информации и наткнулась на одну старую фотографию.



Это все мужнины предки-родственники. И дошло до меня, что завтра, в воскресенье, исполняется восемьдесят лет со дня расстрела бородатого господина, стоящего третьим справа, между двумя дамами и миниатюрной брюнеткой - его женой. 13 февраля 1931 года в Ленинграде был казнен писатель Евгений Николаевич Погожев (Поселянин), ныне причисленный к лику новомучеников... 
Наталия Яковлевна Погожева (Грот) погибнет от рук революционных бандитов задолго до мужа, в марте 1918-го.
lady_tiana: (Default)
       Три дня назад мы говорили о юбилее Александра Александровича Блока. А сегодня 130 лет исполняется одному из его друзей молодости, тоже поэту Серебряного века, Леониду Дмитриевичу Семенову, растерзанному революционными бандитами 13 / 26 декабря 1917 года, накануне хиротонии.

Подробно о Леониде Дмитриевиче я рассказывала здесь. А вот здесь можно наконец познакомиться со стихотворениями Леонида Дмитриевича. Я же выложу ставшую для меня полной неожиданностью песню, написанную на его стихи. Вообще, за последние пару лет в сети появилось очень много материалов, посвященных Семенову, и это радует. Значит, он интересен не только потомкам его братьев и сестер.


Profile

lady_tiana: (Default)
Tatiana Fedorova

January 2017

S M T W T F S
12 34567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 06:31 am
Powered by Dreamwidth Studios